Текущее время: 17 авг 2018, 19:38

Сообщения без ответов | Активные темы Непрочитанные сообщения | Новые сообщения | Ваши сообщения





 Страница 1 из 1 [ 1 сообщение ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Эволюция любви
СообщениеДобавлено: 07 дек 2012, 03:32 
Полноправный пользователь
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июл 2011, 19:35
Сообщения: 1415
Откуда: Москва
Благодарил (а): 40 раз.
Поблагодарили: 68 раз.
Секс у животных, хотя и сопровождается чувством удовольствия, за редким исключением достаточно примитивен и лишён оргазма. Шведский биолог Ян Линдблад (1991) рассказывает: “Когда у самки шимпанзе наступает течка, она всячески “заигрывает” с самцом, а чаще с несколькими самцами. Приблизившись к самцу, она издаёт странный крик и поднимает кверху седалище. Самец без особой страсти в течение нескольких секунд исполняет свой долг. Вот и всё, после чего “возлюбленные” как ни в чём ни бывало могут и дальше уписывать зелень”. Если в процессе эволюции человек обогатился чувством оргазма и способностью любить, то это произошло отнюдь не случайно. Предки человека вели стадный образ жизни, при котором складывается иной, чем у шимпанзе, характер полового поведения. В животном стаде царит жёсткая иерархия. Абсолютную монополию на всех взрослых самок имеет вожак. Он не даёт спариваться с ними другим самцам. Таким образом, агрессивность самцов и их поисковый инстинкт (стремление оплодотворить всех самок стаи) – важные факторы естественного отбора, позволяющие доминирующему вожаку оставить многочисленное потомство, наиболее приспособленное к условиям жизни. Половое поведение вожака при этом служит как для удовлетворения его инстинкта размножения, так и для поддержания иерархии в стае.

Такой характер сексуальности, идеально приспособленный к жизни стадных животных, на заре нашей истории грозил стать препятствием к появлению и выживанию человеческого вида. Ведь спустившись с деревьев на землю, приобретя способность к прямохождению и поселившись в африканской саванне, наши предки оказались беззащитными перед хищниками. Для борьбы с ними нужно было жить крупной сплочённой стаей (той, что станет у людей племенем), а этому мешали агрессивность и поисковый инстинкт наших пращуров. Перед творческой лабораторией природы встала, казалось бы, неразрешимая задача: создать вид, представители которого не просто превосходили бы всех своих врагов интеллектом, но и обладали бы способностью обуздывать собственную агрессивность, направленную на соплеменников, а также умели подчинять свои интересы интересам стаи ради совместного выживания.

Задача была решена приобретением предками человека нового качества – мужской
избирательности,то есть влечения к единственной избраннице, ставшей в глазах её поклонника
привлекательней всех остальных. Такое оказалось возможным потому, что в ходе эволюции предки человека получили способность к максимальной эротической стимуляции, то есть к мощному “подкреплению” полового инстинкта из центров удовольствия, что привело к появлению оргазма, неизвестному ни одному виду животных. Правда, для подобного витка эволюции были предпосылки в животном мире. Всё живое избегает того, что грозит болью и страданием, все достаточно развитые животные, как и люди, страдают от голода и наслаждаются, утоляя его. Наслаждением сопровождается утоление и полового голода, впрочем, как и удовлетворение более простых потребностей. При этом любое живое существо должно иметь точное представление, какие именно потребности оно испытывает, выделяя первоочередные из них, удовлетворение которых жизненно необходимо.

По мере взросления ребёнок обретает способность различать свои потребности и вполне дифференцированно их проявлять. Потребность становится основой соответствующей мотивации (“мотив” – побудительная причина, повод к какому-то действию). Мотивационное же поведение обычно сопровождается теми или иными эмоциями. Удовлетворение потребности сопровождается эмоциями наслаждения и удовольствия. Напротив, невозможность её удовлетворения приводит к чувству фрустрации с эмоциями неудовольствияи страдания. Успешная борьба, в ходе которой устраняется опасность, сопровождается радостью. Поражение, напротив, порождает эмоции страха и ужаса или гнева и ярости. Очевидно, что роль эмоций – организация мотивационного поведения, способного свести к минимуму чувство неудовольствия и страдания и приблизить к максимуму чувство удовольствия. Так удаётся сохранить жизнь и здоровье.

В ходе эволюции мозг животных и человека обзавёлся центрами, ответственными за ощущение потребностей, возникновение эмоций и организацию мотивационного поведения. Это установили с помощью методики, предложенной нейрофизиологами Джеймсом Олдсом и Питером Милнером. Они вживляли в мозг микроскопические электроды раздражали его электрическим током. В зависимости от места вживления, электрическая стимуляция вызывала у подопытных кошек и крыс, собак и обезьян чувства сильного голода или жажды, полового возбуждения или ярости, а также самые различные формы поведения. Больше всего учёных удивило то, что с помощью одних и тех же электродов можно
вызвать либо какую-то потребность, например, голод, когда животное жадно ест разбросанный
по полу корм, либо реакцию удовольствия, которая не сопровождается поглощением пищи. Это достигается разной силой и характером тока, подаваемого на электроды. Было установлено, что
нервные центры удовольствия чаще всего совпадают с центрами потребностей. Впрочем, есть и центры “чистого” удовольствия (гедонические центры), не связанные с какой-то определённой потребностью. Рядом с ними находятся и центры неудовольствия, стимуляция которых вызывает у подопытных животных чувства боли или страдания.

С особым триумфом были встречены эксперименты, в которых животные самостоятельно раздражали собственный мозг электрическим током, нажимая на педаль или рычажок. Если при этом вызывалось чувство удовольствия, зверёк не убирал лапу с педали на протяжении суток, отказываясь от пищи и отдыха. Питер Милнер в своей книге “Физиологическая психология” (Milner P. M., 1970) приводит график опыта, когда крыса без передышки давила на педаль в течение 24 часов, осуществляя до 200 нажатий за каждый час. Затем она в изнеможении свалилась и проспала целые сутки. Если в распоряжении животного оказывался электрод, введённый в участок, с которого слабым током вызывалась потребность в пище, а более сильным – чувство удовольствия, то оно предпочитало отказ от еды и подачу более сильного разряда, дающего чисто гедонический эффект.

В эксперименте Джеймса Олдса (Olds J., 1956) крыс сажали в лабиринт, дно которого
находилось под током. Пренебрегая болью от разрядов, бивших по лапам, животные
добирались до заветного рычажка и самозабвенно давили на него, возбуждая центр
удовольствия. В другом опыте в лабиринт запускали крысу, которую предварительно в течение
суток морили голодом. Суть эксперимента заключалось в выяснении, какой силы током
способна пренебречь голодная крыса, чтобы добраться до еды в конце лабиринта. Выяснилось,
что гедоническое подкрепление было для крысы куда привлекательнее, чем пищевое. В первом
случае она выдерживала боль гораздо более сильную, чем при добывании еды.

Экспериментами было доказано, что возбуждение центров удовольствия снижает страх
животного. Если крысе противостоял сильный противник, то она возбуждала себя перед боем
электрическим током (её электрод вживлялся в соответствующие отделы мозга). В подобных
случаях животное всегда выходило победителем. Наконец, в опытах с лабиринтом было установлено, что гедоническое подкрепление делает животных более умными и способными “учениками”. Напомним, что гипоталамус – отдел мозга, в котором осуществляется контроль за жизненно важными функциями организма. Сюда поступают “сводки” из всех тканей и органов тела о наличии в их клетках питательных и энергетических веществ, а также о составе электролитов. Здесь находится и “лаборатория” по постоянному контролю над эндокринным балансом. В нём же формируются нервные импульсы, которые ощущаются как потребности. Гипоталамус функционирует, взаимодействуя с другими отделами головного мозга, в том числе с высшими. Он определяет доминирующую в данный момент потребность, а лобные доли мозга организуют мотивационное поведение, определяя тактику, чтобы её удовлетворить. Поясним сказанное примером из клинической практики.

Больной П. находился в отделении кардиохирургии после операции на сердце. Хирургическое
вмешательство прошло успешно, пациента уже готовили к выписке. П. был человеком известным в
административных кругах города, отличался организаторскими способностями, умом и тактом. Каких бы
то ни было, отклонений в половом плане за ним не водилось. Тем острее был шок, вызванный его
неожиданным “хулиганским” поступком. Пациент окликнул медицинскую сестру, которая была в это
время в его больничной палате, обнажил свой максимально возбуждённый член и направился к ней. Сестрас криком выскочила в коридор. Пациент последовал за ней, приспустив брюки и не скрывая эрекции. Дежурный врач, выскочивший на крики девушки из своего кабинета, стал свидетелем нелепой сцены: “любовный жар” мужчины в более подходящей обстановке мог бы вызвать восторг у любящей женщины, но он не соответствовал ситуации больничного коридора со множеством зрителей. Между врачом и пациентом состоялся знаменательный разговор:
– Зачем вы вышли в коридор?
– Надоело лежать в постели.
– А брюки-то у вас почему спущены?!
– Разве? А я и не заметил.
В ходе диалога больной вёл себя невозмутимо. Он спокойно спрятал член, успевший к этому моменту принять свои обычные размеры, в пижамные штаны и направился в свою палату. Поведение пациента заставило врачей заподозрить у него поражение лобных долей головного мозга. Гипоталамус посылал им сигнал о возникшей половой потребности, но они не были способны адекватно ответить на него. Такое поведение, неадекватное ситуации и потому принятое медсестрой за хулиганство, было симптомом грозной катастрофы. Она оказалась необратимой: при обследовании мозга было установлено наличие неоперабельной злокачественной опухоли лобной доли. Вскоре этот, ещё сравнительно молодой человек, умер.

Без подкрепления из центров удовольствия были бы невозможны ни выживание, ни
размножение, ни обучение живых существ – человека или животного. Вместе с тем,
исследования с вживлением электродов и наблюдения над больными показали подсобную,
инструментальную роль этих центров. Они обеспечивают мотивационное поведение, а не
работают “на себя”. Для того чтобы их работа стала автономной, оторванной от естественного
жизнеобеспечения организма, нужны особые условия, не встречающиеся в природе. Но даже в
условиях эксперимента, когда с помощью вживлённых в мозг электродов и заветной педали животное получает возможность гедонической самостимуляции, перестройка функции центров удовольствия держится не долго. Мозг надёжно защищает себя. Лишь наркотики пробивают брешь в этой самозащите. Но вернёмся к эволюции любви.

Став доминантным, избирательное половое влечение к одной-единственной избраннице лишало мужчину интереса ко всем остальным представительницам женского пола. Доминанту, как физиологическое явление, не следует путать со стремлением самцов доминировать в стае; это разные термины, хотя и принадлежащие к одному языковому корню. Открытие доминанты принадлежит русскому физиологу Алексею Ухтомскому, показавшему, что при её образовании одна доминирующая мотивация подавляет все остальные, конкурентные, как бы забирая себе их энергию. Любовь как доминанта, предполагает наличие двух качеств – избирательности и альтруизма. Будучи альтруистической мотивацией, она обесценивает эгоистические инстинкты, отодвигает их на второй план, подчиняет стремлению влюблённого доставить радость любимому человеку. Правда, одновременно снижается и способность к критической оценке объекта избирательного влечения. Он или она только высвобождает то, что живёт по собственным законам.

Возбуждённая во влюблённых структура начинает как эталонное значение контролировать восприятие. Никто не может оказаться настолько некрасивым, чтобы этому эталонному значению не удалось посредством воздействия на наши сенсорные элементы сделать из возлюбленного самого прекрасного в мире. Но и действия контролируются этим эталонным значением. Они превращают влюблённого с его действиями, воспринимаемыми им как приятные, иногда в прекрасное, чаще комичное, а иной раз и в достойное сожаления существо. Влюблённые не открывают мир, а создают его себе”.

Кемпер даёт верную характеристику половой доминанты, хотя в его оценке
предпочтительнее было бы поменять знак с отрицательного на положительный. Ведь механизм
доминанты позволяет влюблённому испытывать радость от служения любимому человеку.
Появление мужской половой избирательности заметно ослабило конкуренцию и драки
наших пращуров (зачем стремиться овладеть всеми женщинами, если питаешь влечение лишь к
одной?); появилась возможность сплочения первобытной стаи, её преобразования в племя. Это
помогло человеческому виду выжить и расселиться по всему земному шару. Потому-то
биологические предпосылки к избирательности и альтруизму закрепились в генотипе людей. Зная, что наслаждение изобретено самой природой как универсальный механизм, сохраняющий жизнь на Земле, сексолог не может недооценивать принцип удовольствия.

Михаил Бейлькин



_________________
Емэйл pimenov.polpred@gmail.com http://vk.com/id46626332
скайп mars201061
Не в сети
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
 Страница 1 из 1 [ 1 сообщение ] 


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти: